2019-01-23T07:06:26+03:00

Бабушка-растратчица: «Дали мне 2,5 года условно. А теперь передумали, что ли?!»

Женщину, которой дали срок за «растрату» денег внука-инвалида (на самом деле она просто не собирала чеки на покупки) снова вызвали в суд. Но не факт, чтобы оправдать...
Поделиться:
Комментарии: comments62
Надежде Денисовне дали 2,5 года условноНадежде Денисовне дали 2,5 года условноФото: из семейного архива
Изменить размер текста:

Надежда Булатова, которая живет в небольшом поселке под Шушенским, по местным меркам богачка. Ее ежемесячный доход составляет, страшно сказать, около 50 000 рублей! Из них пенсия 9 000 и опекунские по 13 000 рублей на внуков - 17-летнюю Оксану (ей платят последний год) и 14-летнего Сережу. Да, еще Сережа получает пенсию по инвалидности. 15 000 рублей. У него очень тяжелое заболевание. Самой Надежде Денисовне 70 лет.

«К бабушке претензий нет, но по закону она виновата»

- Младшая дочка моя непутевая, - вздыхает она. – Проглядела я ее в свое время. Родила она Оксаночку в 2001 году, а когда девочке исполнилось 6, маму лишили родительских прав. Узнав о том, что мою внучку отправили в детский дом, я помчалась в него в тот же день, чтобы забрать ребенка, негоже ей при живой бабушке в казенном доме жить. И обомлела: оказывается, у Оксаночки здесь же и братик, про которого мы даже не знали! Сережа. Ему тогда был три. Собрала кучу справок. И в 2008 году мне разрешили, наконец, забрать Оксану и Сережу домой.

С тех пор, с 2008 по 2018 год, Надежда Денисовна воспитывала внуков. Деньги уходили не только на еду, одежду, но и на лечение Сережи. Ему требуются дорогостоящие лекарства. Не говоря уже о серьезном постоянном уходе, который «потянут» не многие молодые родители. Но вместе как-то справлялись...

Еда, одежда, корова, дрова

Пенсию в поселок привозил почтальон. Отдавал на руки Надежде Денисовне, она расписывалась в ведомости, а дома вместе с внуками аккуратно распределяла траты на месяц.

- Большая часть, как ни крути, на еду уходит, - поясняет она. – Но и одежду детям мы покупаем. Конечно же, школьные вещи. Корову купили, поросят покупали много раз. Сено. Внукам я ни в чем не отказывала. Сережа очень фрукты любит, а они у нас дорогие. Еще уйму денег надо на дрова. У нас за зиму 4-5 машин дров уходит, каждая стоит по 7 тысяч, да еще надо нанять мужиков, чтобы покололи. Дом-то у нас неприватизированный, старый, мне 70 лет, а дом старее меня.

Автобусы сюда приезжают не каждый день... почтальон – раз в неделю. Работы никакой... Фото: из семейного архива

Автобусы сюда приезжают не каждый день... почтальон – раз в неделю. Работы никакой...Фото: из семейного архива

Откуда же взялась растрата? Два года назад в законодательство были внесены изменения, и теперь за «опекунские» отчитываться не нужно. Другое дело – личные деньги ребенка, к которым относится и пенсия по инвалидности. За 10 лет (сумма индексировалась) вышло примерно 1,2 миллиона рублей. Социальная защита за все десять лет почему-то не требовала от Надежды Денисовны чеков. Та тоже думала – значит, не надо. А банальная плановая прокурорская проверка в администрации района вдруг показала: перечисления есть, а чеков нет. Так и появилось, как гром среди ясного неба, уголовное дело.

Относительно чеков в отделе опеки и попечительства Шушенского района разводят руками: сами не знаем, как так вышло, не проконтролировали. Зато подтверждают: деньги уходили на детей. «За все 10 лет у нас ни разу не было претензий к бабушке-опекуну. В доме все есть: продукты, мебель, бытовая техника. Чисто, тепло, уютно. Бабушка внуков к труду приучает – они ей по хозяйству помогают».

А чеки? По словам заместителя прокурора Шушенского района Игоря Школина, все, что произошло, – результат халатности органов опеки.

За это сотрудникам, как за «ненадлежащее выполнение своих обязанностей», к примеру, могут объявить выговор, лишить премии, возможно, даже уволить, - но это полномочия районных властей. Министерство социальной политики края также может инициировать проверку. Но ни первые ни вторые этим еще не занимались, соответственно, и решений никаких не выносили

А по уголовному кодексу преступница – бабушка.

И вот в суде постановили: «Обвиняемая, являясь опекуном несовершеннолетнего, получала пенсионные денежные выплаты, причитающиеся несовершеннолетнему, и распоряжалась ими в личных целях. Ущерб составил более 1,2 млн. рублей и оценивается как особо крупный».

Надежда Денисовна и внучка Оксана Фото: из семейного архива

Надежда Денисовна и внучка ОксанаФото: из семейного архива

Вынесли приговор, 2,5 года условно (26 ноября 2018 года). Также с Надежды Денисовны должны удерживать каждый месяц полпенсии до полного погашения долга (перечислять на счет Сережи. Распоряжаться он или представитель (или опекун) ими сможет после совершеннолетия). Нетрудно посчитать – для этого потребуется 22 года (то есть рассчитается она к 92 годам).

- Я не переживаю, что у меня пенсию будут забирать и отдавать Сереже. Он потом вырастет и позаботится обо мне, - призналась тогда «Комсомолке» Надежда Булатова. – Дотянуть бы их, еще немного. Подкосила меня вся эта история. Уголовницей стать на старости лет. Я столько проплакала, спать не могла. Сердце уже дважды прихватывало. Но ради внуков буду держаться. Куда они без меня.

А накануне стало известно: прокуратура потребовала пересмотреть дело. Правда, в СМИ многие это восприняли: «отменить обвинительный приговор». Но это не совсем так, - выяснили мы, удивившись: ведь прокуратура изначально выступала стороной обвинения, неужели сейчас встала на защиту?

Опекунша-растратчица живет в поселке в Шушенском районе, в 45 километрах от районного центра Фото: из семейного архива

Опекунша-растратчица живет в поселке в Шушенском районе, в 45 километрах от районного центраФото: из семейного архива

- Первый раз дело рассматривалось в особом порядке, - говорит старший помощник прокурора Красноярского края Ольга Гайдук. – То есть бабушка признала вину, и решение вынесено без исследования всех обстоятельств, допроса свидетелей. А статья тяжкая – растрата в особо крупном размере. Прокурор посчитал это процессуальным нарушением. И подал апелляцию, чтобы дело рассматривалось не в особом, а в обычном порядке.

И снова будет «пересуд»

Говоря по-простому, будут вызываться свидетели, допрашиваться очевидцы, браться объяснения, изучаться документы. Поможет ли это изменить приговор? Непредсказуемо: как говорят в прокуратуре, могут смягчить обвинительный приговор (если бабушка докажет, что тратила деньги на внука, благодаря если не чекам то, скажем, показаниям свидетелей) Могут и не смягчить. Все решится в суде.

Ясно одно: пройти круги ада бабушке придется еще раз. «Комсомолка» дозвонилась до нее. Рады были услышать, что хоть голос у нее бодрый, не то, что два месяца назад.

- Дела у нас потихоньку, понемножку. Живем без перемен. Внуки сейчас в школе, у Оксаны ведь в этом году экзамены. А от нас все никак отстать не могут, представляете. Мы уж было успокоились, смирились. И снова будет пересуд. Что требуют от меня – я даже не знаю. Ну, дали мне 2,5 года условно. А теперь передумали, что ли? Пока меня никуда не вызывали, так что я вам подробно ничего сказать не могу. Потом все расскажу, когда скажут.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

«К бабушке претензий нет, но по закону она виновата»: на 70-летнюю опекуншу завели дело за растрату миллиона внука-инвалида

На 70-летнюю бабушку из крошечного села под Шушенским обрушилась целая система: МВД, прокуратура, суд. Растратчица, прогулявшая миллион родного внука-инвалида! (Подробности)

ИСТОЧНИК KP.RU

Понравился материал?

Подпишитесь на ежедневную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

 
Читайте также