История современности

«Хотите отстаивать Королевский замок до последнего вздоха? Считайте, что вы вздохнули в последний раз!»

За что первый секретарь обкома компартии Николай Коновалов уволил главного архитектора Калининграда Владимира Ходаковского
Так центр Калининграда выглядел в конце 1950-х годов.

Так центр Калининграда выглядел в конце 1950-х годов.

Осенью 1965 было принято окончательное решение о сносе Королевского замка в Калининграде. Высочайшее одобрение на эти работы первый секретарь обкома КПСС Николай Коновалов получил от председателя Совета Министров СССР Алексея Косыгина в июле 1965 года. Той же осенью между властью и общественностью развернулась жаркая дискуссия, одну из ключевых ролей в которой сыграл тогдашний главный архитектор города Владимир Ходаковский.

На фронт под сонату Бетховена

Владимир Ходаковский родился в 1919 году в Киеве, но детство и юношество провел в Баку, архитектурный облик которого (город был спроектирован итальянцами), оставил неизгладимый отпечаток в памяти будущего архитектора. Сказалось и семейное воспитание.

- Отца фактически вырастил его дядя, - рассказывает дочь Владимира Ходаковского Елена. – Наша бабушка была пианисткой, а один из ее братьев, Борис Яблонко, имел степень профессора классической филологии, дружил с такими людьми как поэт-символист Вячеслав Иванов и футурист Велемир Хлебников.

Профессор Яблонко и стал настоящим отцом для Владимира. В 1941 году юноша заканчивает Азербайджанский индустриальный институт, вот только диплом защитить не успевает – начинается война.

- Папа получил сразу две повестки: одну – из военкомата, а вторую - из аэрокулуба (отец был одним из первых школьников Азербайджана, прыгнувших с парашютом), - продолжает Елена. - В армию он ушел по первой, позже узнав, что все товарищи, мобилизованные по линии аэроклуба, на войне погибли. Призывника с высшим образованием направили в артиллерийское училище. Домашние проводы устроили под сонату Бетховена в исполнении бабушки.

Новоиспеченного лейтенанта Ходаковского отправили охранять сталинградскую ГЭС в должности командира огневого взвода. Расчет Владимира Васильевича сумел сбить три вражеских самолета, и будущий архитектор получил медаль «За боевые заслуги». Тем не менее, даже на фронте интеллигент оставался интеллигентом. Например, увидев у одного из пленных немцев аккордеон, он не стал его отбирать, а договорился и выменял.

Владимир Ходаковский.

Владимир Ходаковский.

Простор для творчества на руинах

Победу молодой офицер встретил в Вильнюсе, где и решил остаться. Перевез маму из Баку, закончил Каунасский политехнический институт, параллельно работая в «Дорпроекте», занимавшемся реконструкцией и строительством железнодорожных вокзалов. В это же время Ходаковский стал членом Союза Архитекторов СССР. А в 1951 году по трудовой мобилизации был вынужден переехать в Калининград.

В те годы еще не существовало никакой определенной концепции архитектурного облика города, который предстояло восстанавливать из руин. Простор для фантазии привлекал сюда многих архитекторов. Владимир Ходаковский с 1951 года в составе 29-го «Военморпроекта» занимался восстановлением жилых домов. Работал и над проектами новых зданий. С июня 1961-го исполком совета депутатов утвердил его в должности главного архитектора Калининграда. С этого момента у Ходаковского появляется цель – создать новый городской центр, где стал бы возможен синтез исторической немецкой и современной советской архитектуры.

Осенью 1963 года за авторством главного архитектора выходит программная статья в «Калининградской правде» под заголовком «Ленинский проспект: сегодня и завтра нашего города». Проиллюстрирована она была собственноручными эскизами автора. В начале Ходаковский упоминает о планах его предшественников, разработавших в 1948-1950 годах генплан города, построить на месте Королевского замка «несколько крупных, чисто декоративных управленческих зданий, как, например, Дворец Советов». Однако называет такое решение абсурдным, аоскольку «эти предложения не отвечают требованиям сегодняшнего дня, не говоря о будущем». Вполне в духе хрущевской «оттепели» Ходаковский заявляет, что городу в результате «всестороннего развертывания и совершенствования социалистической демократии и повышения роли местных общественных организаций» в будущем не понадобится крупного управленческого центра.

Планы сбывшиеся и не сбывшиеся

Глаз опытного архитектора замечает архитектурные доминанты центра города и, в частности, Ленинского проспекта, которые необходимо привести в порядок. Среди них - биржа, в которой еще только планируют разместить клуб моряков. На противоположной стороне проспекта Ходаковский предлагал разместить выставочный или торговый павильон, пример которого представил на эскизе. (Увы, на этом месте до сих пор пустырь, использующийся под автопарковку.) Обратил внимание и на Кафедральный собор, который предложил восстановить и создать в нем музей с концертным залом (эти планы удалось осуществить только в 1990-х).

Кроме того, Владимир Васильевич критиковал начавшуюся застройку Ленинского проспекта в районе перекрестка с улицами Багратиона и Житомирской «невыразительными зданиями».

Ближе к концу статьи главный архитектор поднял самую проблемную тему, которая в скором времени будет стоить ему карьеры - судьбу Королевского замка. К моменту выхода газетного материала часть Королевского замка уже была разрушена. Но сохранялась еще западная стена с двумя башнями. Ее Ходаковский предлагал музеифицировать и пристроить к ней «управленческое здание или центральное городское здание типа общенародного клуба с трансформирующимся залом, в котором могут проводиться массовые собрания, митинги, театральные представления или спортивные выступления». Перед замком архитектор предложил обустроить Центральную площадь.

Городской центр мог выглядеть так. Эскиз Владимира Ходаковского.

Городской центр мог выглядеть так. Эскиз Владимира Ходаковского.

Решающее совещание

Статья в газете стала первым официальным словом общественности в защиту кёнигсбергского архитектурного наследия. В марте 1964-го и в сентябре 1965 года прошли два специальных совещания по поводу судьбы Королевского замка. За сохранение исторических руин выступило Центральное правление Союза архитекторов СССР, министерство культуры РСФСР, Ленинградское отделение Союза архитекторов и ряд региональных архитектурных сообществ. Тогда параллельно шли два процесса. С одной стороны калининградскому горисполкому рекомендовали обратиться в министерство культуры РСФСР «с просьбой определить степень научной и исторической ценности сохранившихся частей бывшего Королевского замка с целью разработки мероприятий по консервации наиболее ценных с исторической точки зрения частей этого комплекса». С другой - первый секретарь обкома КПСС Николай Коновалов получал от председателя Совета Министров СССР Алексея Косыгина добро на снос замка. Несмотря на то, что минкульт в специальном письме рекомендовал включить Зал московитов и башни в новую застройку и поручал Гипрогору (Государственный институт проектирования городов – Ред.) разработать проект центра Калининграда с включением «наиболее ценных в историческом плане остатков замка в новую застройку города», горисполком вопреки рекомендациям специалистов издал приказ о сносе.

В сентябре 1965 года в ДК Рыбаков состоялось решающее совещание. На нем свою знаменитую речь произнес и главный архитектор Владимир Ходаковский.

- На этом совещании папа сказал следующее: «Я буду отстаивать этот замок до последнего вздоха!» - вспоминает Елена Ходаковская. - Коновалов ему на это ответил: «Считайте, что вы последний раз вздохнули в должности главного архитектора».

Дальше, по словам дочери архитектора, вышло негласное распоряжение больше не брать уволенного Ходаковского на работу.

- Но у него были старые друзья в «Военморпроекте», и они помогли. Это люди, которые воевали. Они не испугались, и смогли сделать так, что отец снова занялся тем, чем занимался до получения должности главного архитектора.

В итоге, как известно, Королевский замок был снесен. Не помогли и 10 эскизных предложений, среди них были и мемориал славы русского оружия, и музей, и гостиница. Перед сносом Ходаковский неоднократно пытался встретиться с Коноваловым с глазу на глаз, чтобы убедить его в целесообразности такого решения, но первый секретарь обкома КПСС всякий раз отказывался.

И еще одна любопытная деталь. Как сообщал в 1990 году в одном из материалов на эту тему «Калининградский комсомолец», снести замок «помогли» сами немцы. Вожди немецкого землячества из ФРГ в 1965 году поместили изображение башен Королевского замка на своих знаменах. Реваншистский сигнал, вероятно, дошел до Коновалова, только подкрепив его убежденность в необходимости уничтожения немецкого символа.