2016-08-24T01:57:20+03:00

Женское ли лицо у Светланы Алексиевич?

Награждение Нобелевской премией по литературе все больше становится похоже на награждение премией мира
Поделиться:
Комментарии: comments423
Алексиевич пишет в жанре документалистики. Она фиксируют чужие рассказы о том, свидетелем чего не былаАлексиевич пишет в жанре документалистики. Она фиксируют чужие рассказы о том, свидетелем чего не былаФото: РИА Новости
Изменить размер текста:

Известная белорусская писательница Светлана Алексиевич удостоилась Нобелевской премии по литературе. «Какая она белорусская, если больше 13 лет с начала 2000-х жила в Европах?» - удивляются те, кто не переносят ее на дух. Ну что же Иван Сергеевич Тургенев тоже большую часть своей жизни прожил не в России, однако русским писателем быть от того не перестал.

Алексиевич пишет в жанре документалистики, это не литература. Она фиксирует чужие рассказы о том, свидетелем чего не была (причем, как говорят, не всегда точно и добросовестно), не создает художественную прозу. Это больше журналистика, а не литература. К этому сводится суть возражений другого рода. Но эта литература ведь тоже кому-то нужна, могу я сказать в ответ. Лучшее тому доказательство – ее книга «У войны не женское лицо», которая была издана в Советском Союзе общим тиражом аж в два миллиона экземпляров.

Ну да, признаем, не Шолохов, не Хемингуэй, не Фолкнер и даже не Сенкевич. Видимо, с одной стороны, и литература помельчала. А с другой – всем ведь понятно, что среди «нобелевок» именно премии мира и в области литературы присуждаются по сугубо субъективным мотивам. Лучшее тому подтверждение - Нобелевская премия мира 2009 года. Которую получил президент США Барак Обама, устроивший после этого жестокую бойню в нескольких странах по другую сторону океана. Отмечал, наверное, на радостях лавры миротворца. Или наш Михаил Горбачев – миротворец 1990-го, ввергнувший страну в нищету и развал, отбросивший ее на десятилетия назад вместе с Ельциным.

Другая часть, наоборот, радуется – дескать, за последние 28 лет мы получили первого русскоязычного лауреата. Некоторые даже начали готовить ей лавры морального лидера «русского мира», причем, еще загодя. Вряд ли Светлана Александровна согласится идти в политические лидеры, она уже сегодня сказала, что теперь перед ней не стоит проблема денег. Но вот с русским миром господа явно погорячились.

Алексиевич принимает лишь ту часть русского мира, которая к нашей России не относится. Как она сказала, что «находится за пределами русского мира», явно имея в виду за пределами страны. Ее русский мир – это не просто Чайковский, Пушкин, Левитан, Толстой и сотни и тысячи составивших славу русской культуры и истории людей. А эти персоны вне связи с нынешней Россией. Нам, живущим в России сейчас, она отказывает в праве на Пушкина и Толстого. На каком основании – сразу, может, и не разберешь. А вот начнешь смотреть, чем дышит человек, так сразу становится понятно. Алексиевич, считающая Советский Союз, в котором она благополучно выучилась и работала в партийной прессе (иной тогда не было), не меньшим злом, чем нацистскую Германию, достаточно давно стала не только антисоветчицей, но и откровенной русофобкой.

- Я недавно вернулась из Москвы, застала там майские праздники. Слышала, как неделю гремели по ночам оркестры и танки по мостовым. Ощущение, что побывала не в Москве, а в Северной Корее, - поделилась она с журналистами. Это она про наш некогда общий с нею Парад Победы.

- Мы имеем дело с русским человеком, который за последние 200 лет почти 150 лет воевал. И никогда не жил хорошо... На этом огромном постсоветском пространстве, особенно в России и Беларуси, где народ вначале 70 лет обманывали, потом еще 20 лет грабили, выросли очень агрессивные и опасные для мира люди, - предупреждает она западный мир об опасности тех, среди кого выросла, с кем играла в детстве, ходила в школу, работала и отдыхала.

Что касается России и россиян, то мадам лауреат не стесняется и передернуть при случае. На митинге по случаю воссоединения Крыма с Россией, она «оглянулась: ярость и ненависть на лицах».

- Я не люблю эти 84% россиян, которые призывают убивать украинцев, - не постеснялась она опуститься уже до откровенной лжи. Где она такое видела? Где она видела хоть одного человека, который бы публично призывал убивать украинцев. По украинскому телевидению сказали? Думаю, что в России такой персонаж, выступи он публично, уже бы парился на нарах. Это вам не Юлия Тимошенко, призывавшая убивать москалей и оставить от России голое место.

Как и все либералы, страдающие якобы за народ, к самому народу мадам лауреат относится свысока и с явным презрением, деля людей на элиту и быдло: «Правда интеллигенции — у нас есть перспективные идеи, и мы хотим независимой и цивилизованной Беларуси. И есть другая правда, более простая — правда большинства. Для людей на селе свобода означает колбасу. Лукашенко их понимает. Он — политическое животное». То есть они, элита, человеки, а те, кто не принадлежит к их кругу – животные.

- То, что говорят сегодня журналисты российских СМИ – их просто надо судить за это. Что они говорят о Европе, о Донбассе, об украинцах, - вынесла она приговор с высоты свей интеллектуальной элитарности. - Но дело не только в этом, а в том, что народ хочет это слышать. Мы можем говорить сегодня о коллективном Путине, потому что Путин в каждом русском сидит.

А русские для нее – это же вообще не люди в нормальном смысле слова.

- Может быть сегодня я подхожу к самому главному открытию своей жизни - открытию, что подлецом может быть не отдельный человек, а целый народ, - приговорила она русский народ в интервью западным журналистам. А вот к нынешней фашиствующей Украине мадам относится совсем иначе.

- Я очень люблю Украину. Я была на Майдане и плакала над фотографиями Небесной Сотни, - сострадала на микрофоны писательница, награжденная «за ее многоголосное творчество – памятник страданию и мужеству в наше время». Разве не удивительно после того, как она выслушала столько женских исповедей про Великую Отечественную? Но что-то ни слова не сказала про убитых на Донбассе детей и их матерей. Так что там с состраданием и страданием. Или оно должно быть исключительно политически правильным?

Радоваться или огорчаться от присуждения Нобелевской премии мира по литературе Светлане Алексиевич? Наверное, ни то и ни другое. Мне кажется, самым объективным будет проигнорировать этот факт. Эта премия, как и премия мира стали настолько субъективными, настолько заказными для «нужных» людей и в «нужных» целях, что если так пойдет и дальше, то они дискредитируют себя сами.

У войны, конечно, не женское лицо. А женское ли оно у фрау мадам лауреата Нобелевской премии по литературе этого года?

ДРУГОЕ МНЕНИЕ

«Оскар» для документального фильма

Денис КОРСАКОВ

Светлана Алексиевич не является писателем в привычном смысле этого слова. Она не создавала в своих книгах миры, не придумывала персонажей, не наделяла их душой и характером. Всех своих героев она брала «с натуры» - просто умела показать их боль, как никто не мог. Она документалист - и то, что ей дали Нобелевскую премию, все равно что «Оскар» в категории «Лучший фильм года» вручили бы документальной картине.

Можно долго рассуждать о том, какую роль в присуждении Нобелевки играет политика. Я был знаком с сыном Константина Паустовского; он рассказывал, что его отцу в 1965 году едва не присудили премию, но в последний момент вмешались политические мотивы: советская власть хотела видеть лауреатом Шолохова и нажала на все кнопки, вплоть до угрозы разорвать контракты со шведскими судостроительными заводами.

Шведы, конечно, отыгрались, дав премию Александру Солженицыну за вполне себе документальный (как и у Алексиевич) «Архипелаг ГУЛАГ». Советская власть взвыла, но контракты расторгать уже не стала.

Но, если отбросить всю политику и просто взглянуть на прозу Алексиевич, окажется, что премию она получила за то, что в мире современной документальной прозы ей мало равных. Достойно ли это Нобелевской премии? (подробности).

Понравился материал?

Подпишитесь на тематическую рассылку, и не пропускайте материалы, которые пишет Александр ГРИШИН

 
Читайте также