Общество

Испытатели лекарства от СПИДа Коля и Марина решили завести ребенка

В этом году исполнилось два года с того момента, как ВИЧ-инфицированный Коля Колесников согласился на предложение «КП» стать добровольным испытателем нового лекарства и прошел в Ереване курс лечения от СПИДа. Что сейчас с ним происходит?

Когда Коля и Марина зашли на днях к нам в редакцию, мы их сначала даже не признали.

Коля немного оброс домашним жирком, хотя это «немного» на его костях выглядело как серьезная победа над худобой, а Марина из испуганной девчонки превратилась в стильную даму. Она стала блондинкой, что ей очень идет, сделала короткую стрижку. У нее даже появились очаровательные щечки. Наши мужчины ее не узнали! А когда поняли, что это наша старая знакомая - рассыпались в комплиментах.

- Марина, что случилось у тебя в жизни, что ты так резко поменяла имидж? - полюбопытствовала я.

- Это я решил ее перекрасить, - улыбаясь, ответил за нее Коля.

Вспомнилось, как год назад он всех нас шокировал, приехав в редакцию блондином. Девушки в обморок попадали, а уж что подумали мужчины, лучше и не вспоминать.

Теперь Коля оставил себя в покое, решив поэкспериментировать с волосами Марины. Что же, получилось неплохо.

Про анализы

Этот вопрос задают десятки читателей, которые продолжают звонить в редакцию и интересоваться здоровьем Колесникова:

- Коля, как ты себя сейчас чувствуешь?

- Прекрасно.

- Тогда объясни, почему ты не хочешь сдать кровь на анализ в Москве? Тебе неинтересно, что с твоим СПИДом происходит?

- А какой смысл? Обыкновенный, простой анализ, который делают в лаборатории, ничего не даст. Он определяет вирус по наличию антител в крови, а они у меня точно есть. Когда ты чем-нибудь переболеешь, в организме обязательно остаются антитела. После ветрянки например антитела всю жизнь будут в крови. В случае же с ВИЧ-инфекцией пока не известно, сколько они будут держаться. Вот у здоровых детишек, рожденных от матерей, больных СПИДом, антитела в крови обнаруживаются по три года.

- Тем более результаты твоих анализов интересны. Мы же миллионными тиражами рассказывали, что с тобой происходит, у тысяч людей пробудили надежду!

- Если честно, то я знаю, что у меня в крови ВИЧ есть. Анализы в Ереване это показывают. Но количество вируса в крови падает, и это при том, что мне полтора года никаких капельниц с «Арменикумом» не ставят. Организм сам борется! А внешних признаков СПИДа у меня нет уже два года - с начала лечения, - гордо сказал Коля.

Про здоровье

- Давай об этом поподробнее. Чего конкретно у тебя нет? - начинаю допытываться я.

- Ты плакаты видела в поликлиниках про СПИД? - начинает немного издеваться надо мной Колесников. - Там написано, что у зараженных должна быть потеря в весе, ухудшение самочувствия, гнойнички, постоянная температура тела 37 градусов, утомляемость, жидкий стул... Ничего этого нет!!!

- Что, и стул... э-э-э...?

- И стул, - отрубает Коля.

- Хорошо, - делаю резкий поворот и начинаю заходить с другой стороны. - А как часто ты простужаешься?

- Да я в этом году даже в эпидемию гриппа не слег. Раньше, до лечения, чуть ветерок подует - я заболеваю.

- То есть в больнице не был ни разу?

- Да повода не было. Правда, областные инфекционисты, когда мы только переехали, звали в гости. Я сходил, поговорили. Предложили стать на учет. Я подумал - зачем? Меня ведь в Ереване лечат. Ну и отказался. Нехорошо двух врачей одновременно слушать.

- Но ведь если заболеешь, все равно придется в больницу идти... - продолжаю гнуть свою линию.

Тут Марина начинает заступаться за Колю:

- Дома вылечим. Коля никаких таблеток не пьет, даже от головы. Считает, что лучше перетерпеть, чем химию глотать. Чаю с малиновым вареньем попьет на ночь...

- Некоторые еще водку пьют...

- Ну ты же знаешь, что он водку не любит. Мы так, пиво иногда покупаем...

Про жизнь

- Кстати, про пиво. Коля, а ты работаешь где-нибудь?

- Ты думаешь, так легко устроиться в провинции? Тем более что поваром, по специальности, я не могу идти по понятным причинам. Приходится ходить на стройки, наниматься разнорабочим. Кстати, вот еще одно подтверждение, что я почти здоров, - могу заниматься тяжелым трудом. И нет той проклятой усталости и слабости, что преследовали меня до «Арменикума». Я сейчас всему учусь. Знаешь, как я уже классно плитку кладу! Только вот работа все временная...

- На что же вы живете?

- Марина кормит. Она устроилась в одну фирму. Только и не спрашивай, не скажу, где она работает. У нас только стало все налаживаться, не дай Бог спугнуть.

- А соседи, друзья, коллеги по работе знают, что у тебя ВИЧ-инфекция?

- Иногда мне кажется, что не знают. Иногда - что знают. По крайней мере никто ничего не говорит и пальцем на меня не показывает. За руку здороваются, при встрече не шарахаются. - Мы все-таки решили пожениться по-настоящему, этим летом пойдем в загс, - говорит Коля, прижимая к себе закрасневшуюся Марину.

- Фамилии себе сменим, чтобы нас вообще никто найти не мог. А потом и ребенка родим. Мне говорили, что в Санкт-Петербурге есть институт, в котором беременных, больных СПИДом, наблюдают. Там большой опыт накоплен, и риск рождения нездорового ребенка можно свести всего к одному проценту. Или, может, в Ереване что подскажут.

- А зачем вы едете сейчас в Ереван? Еще один курс требуется? - спрашиваю я.

- Да нет, просто сдать анализы. Клинические испытания препарата ведь продолжаются, врачи продолжают собирать информацию. Помнишь, ты про ВИЧ-террористку писала, про Ветку, которая прилетела в Ереван и грозилась, что всех заразит, если ее на лечение не возьмут? Виделись с ней. Говорит, результаты хорошие.

Клиника сейчас похожа на крутой отель. Теперь здесь все больше иностранцев лечат. Один итальянец узнал меня в прошлый приезд, полгода назад, подскочил и ну руку жать. Потом сфотографировались на память, он свой адрес оставил. Говорил, будете в Италии - заходите. Может, мне в Италии анализы сдать? Шутка... - хитро прищурил глаз Коля.

ИЗ ДОСЬЕ «КП»

Николай Юрьевич Колесников, 1978 года рождения. Диагноз ВИЧ впервые поставлен Николаю в 1998 году в военном госпитале города Балтийска. В марте 1999 года начал лечение «Арменикумом», а 21 мая 1999 года ереванские специалисты заявили о том, что в плазме крови Николая вируса больше нет. Но радость оказалась недолгой - анализы показали, что вирус пока еще гнездится в других тканях.

Контрольное тестирование в Германии, в институте тропической медицины, также выявило ВИЧ у Коли: согласно исследованиям, у него достаточно высокая концентрация вируса - 5 тысяч единиц моль/литр. Армянские врачи с результатами согласились, однако утверждают, что это намного меньше, чем до лечения, и количество вирусов продолжает падать. Сейчас Коля вместе со своей невестой Мариной живет в небольшом городе в средней полосе России.